Сотворение души в бытовых условиях

О своей работе над спектаклем "А если завтра нет?" рассказывают режиссер Александр Серенко и художник-постановщик Ксения Бодрова.

 

Александр Серенко.Родился в Санкт-Петербурге. В 2013 году поступил в Санкт-Петербургскую государственную академию театрального искусства (переименована в Российский государственный институт сценических искусств - прим. ред.) на курс российского театрального режиссера, лауреата Государственной премии РСФСР Анатолия Аркадьевича Праудина. В 2018 году заканчивает учебу. Спектакль "А если завтра нет?" - дипломная работа.

Ксения Бодрова. Родилась в Омске, прожила семнадцать лет в Подмосковье, закончила с отличием Московский академический художественный лицей. Заканчивает тот же Российский государственный  институт сценических искусств. Ученица российского театрального художника, главного художника БДТ им. Товстоногова, академика Эдуарда Степановича Кочергина. Спектакль "А если завтра нет?" - ее преддипломная практика.

 

Почему вы выбрали Калининград?

К. Б.: Мы приехали в Калининград в рамках проекта "Открытая сцена" - сами написали, и театр откликнулся. Город  понравился…

А.С.: Спасибо калининградскому драмтеатру, за эту возможность и то, что он предоставил нам право самостоятельно выбрать материал. Часто в репертуарных планах театров уже стоят конкретные пьесы, и руководство  хочет их видеть, но в нашем случае было единственное ограничение - материал должен быть современным, поэтому мы могли найти то, что ближе, что отзывается.

 

Чем вам понравилась пьеса Дмитрия Богославского?

А.С.: Мне показалась интересной тема - абсолютно не бытовая, а какая-то поэтическая, такое можно увидеть не во всех современных сочинениях. Пьеса разделена на семь дней - автор, как мне кажется, изначально отсылает к Библии и сотворению мира. И вся пьеса, хоть и основана на материале современном и узнаваемом, поднимается над уровнем кухонной истории.

К.Б.: Быт тоже присутствует, но с помощью сценографии мы пытаемся из этого выйти.

А.С.: Мы пытаемся довести его до метафоры, до знака. Если удастся, а работа в этом смысле интересная и непростая, будет очень хорошо. Мы бы этого очень хотели.

 

Александр, как вы нашли эту пьесу? 

А.С.: Я читал много современных пьес, и пьеса Богославского была не первой. Она сразу заинтересовала меня. А если интересно читать, то и смотреть интересно - если правильно поставить. Подкупает, что пьеса хорошо написана - именно для театра.

 

С каким материалом вам больше нравится работать - с современным или с классикой?

А.С.: С современным опыта немного - нынешний один из первых. До этого были актерские работы с современным материалом, но в плане режиссуры - только классика. С ней работать сложней - она уже много раз шла на сцене и имеет исторический опыт. Что произошло с "Гамлетом" в ХХ веке? Тогда он шел практически везде и каждый раз становился новой трактовкой. Классика провоцирует на поиск новой трактовки. Современная пьеса от этого не освобождает, но здесь немного легче - она не имеет за собой такой истории.

К.Б. Я на диплом взяла "Бурю" Шекспира - она, как мне кажется, очень изобразительная и имеет масштаб. Я работала с современным материалом один раз, еще до Саши, это было сложно. Очень спорный материал, неоднозначный, но получилось, вроде как, хорошо. Эдуард Степанович (Кочергин - прим. ред.) приучил нас к тому, что ответственность за то, что мы сделали, лежит только на нас. Поэтому сейчас я хожу в цеха, и вчера сама клеила рейки на стены и пыталась слить рисунок, который будет выпилен. Если ты сам не можешь показать, как нужно сделать, то не сможешь и объяснить, получится не то.

 

Аннотация к спектаклю выглядит довольно мрачной - парализованный дедушка, внук, который собирается покончить жизнь самоубийством. Не боитесь этим оттолкнуть зрителя? 

А.С. В жизни каждого человека сегодня полно чернухи, даже и похуже бывает. И этот спектакль - возможность переосмыслить нынешний мир, не спрятаться от него, а попробовать чернуху преодолеть. Главный герой, Антон, роль которого исполняет Антон Контушев, постоянно бежит, закрывается в себе. Он говорит: "Я за дедом не смотрю - я либо в школе, либо ухожу из дома, я не могу". А ведь это духовный подвиг - найти в себе внутренние силы, взять свою жизнь в руки и разобраться с проблемами, а не бежать от них.
Но у каждого человека должен быть рядом тот,  кто поможет найти ответы на важные вопросы, разобраться что правильно, а что нет. А вопросы встают перед Антоном не шуточные, и вопрос выбора в частности. Бросить деда одного в квартире или усилием воли принять решение и изменить жизнь - и не только свою?

 

Ксения, а чем вас привлекла пьеса Богославского?

К.Б.: Когда читаешь пьесу и ремарки к ней, кажется, что она бытовая - сразу задаются квартира, улица, двор, все прописано - например, "Василий стоит под козырьком подъезда". И интересно найти какой-то смысл за пределами установленных рамок. Я разделила сценографию на три мира: отца, Антона и Антона Антоновича (внука и деда) и мир дворника, который их объединяет. 

А.С.: Отец в спектакле будет выведен актером Максимом Пацериным. Мы ищем возможности максимального столкновения.

 

В пьесе он присутствует только по телефону.

А.С.: В пьесе он хорошо задан, но на литературном уровне, он вне контекста этой квартиры. Нам кажется, что получится несколько острее, если физически он будет присутствовать, но все равно - вне квартиры. Так часто бывает, когда человек присутствует, но не включается в проблемы родных, закрывается от них. Телефон - это тоже метафора равнодушия, черствости. Отец - это персонаж мира без любви, его олицетворение. По пьесе он находится в Лондоне - такой лондонский туман, и есть,  и нет. Миры, о которых говорит Ксения, дают возможность вытаскивать новые смыслы. Возникает больше драматических возможностей для артистов.

 

На сайте Калининградского драмтеатра в аннотации к спектаклю эпиграфом стоят строчка из песни Виктора Цоя - "Между землей и небом война". Почему? Чья это задумка?

А.С.: Если, опять же, говорить про три мира, они не только в героях выражаются, но и в музыкальной фактуре, и в пространственной, про что говорила Ксения.

Бывает, идешь по улице и видишь - сидит бомж с гитарой, неприятный, непрезентабельный, и говорит какие-то хорошие, правильные вещи. Это работает на контрасте, выходя из уст человека, от которого подобного совсем не ожидаешь. И песня "Война" в исполнении Цоя будет звучать в акустической версии - как будто человек сидит в переходе и играет, задает тему выбора.

Ведь перед каждым человеком в конце концов встает вопрос: где ты - на небе или на земле? На чьей ты стороне? Как говорил Достоевский - «Бог с дьяволом борется, а поле битвы – сердца людей». За душу юного, восприимчивого человека всегда идет война. Да даже не обязательно юного, в каждый момент жизни у нас есть выбор - как поступить, за кого играть.

 

Будут ли в спектакле какие-то интересные "фишки"? 

К.Б.: Будут. В пьесе Богославского город не задан, и мы подумали, что им может быть Калининград. Поэтому работая над афишей и сценографией, я использовала местные особенности - на афише изображено граффити со стены реального калининградского дома, в декорации - старый немецкий дом. Мы хотели сделать наш спектакль ближе к зрителям, чтобы они понимали, что речь идет и про них. Похожая история может случиться в соседней квартире, в соседнем доме - с людьми, которые живут рядом; и каждый, как дворник Василий, может включиться в эту историю и оказать помощь. 

Еще в спектакле есть три поколения, поэтому каждому зрителю, независимо от его возраста, есть, над чем подумать, найти что-то близкое для себя.

А.С.: Тема провоцирует на диалог. Недавно возникла мысль устроить после спектакля обсуждение - все желающие смогут остаться, рассказать какие-то свои истории, поделиться впечатлениями, поспорить, о чем-то спросить артистов.

К.Б.: Чтобы каждый мог говорить напрямую, не через социальные сети, тысячу раз редактируя пост, а сразу, на эмоциях рассказать о том, что его волнует.

А.С.: Также перед спектаклем у нас будет небольшой интерактив, какой - пока не скажу, секрет.

 

Виктория Берг

Источник: