Михаил Салес: Власть тьмы – это власть денег!

18 марта в драмтеатре состоится премьера спектакля «Власть тьмы или «Коготок увяз, всей птичке пропасть!» по одноименной пьесе Льва Толстого. О том, почему он считает ее современной, мы беседовали с режиссером-постановщиком - народным артистом РФ Михаилом Салесом. 

 

 

 

 

 

 

- Михаил Абрамович, «Власть тьмы» написана в царской России в 1886 году. Что обусловило выбор этой пьесы сегодня?
- Поставить ее - моя давнишняя мечта, как и «Вишневый сад». Эта драма жила во мне, и я периодически о ней вспоминал. Но сложность – беспредельная! Главное, конечно, - жанр. Обратите внимание на основное название пьесы: « Коготок увяз,  всей птичке пропасть!». Это потом было добавлено короткое «Власть тьмы». Мягко сказано, что это драма. Вещь тяжелая, но я привык в финале давать зрителю надежду, потому что надо жить дальше. Жизнь вообще очень хорошая штука, и с годами это все больше понимаешь.

- А что дает нам надежду? Вы изменили финал?
- Ни в коем случае. Положительный эффект в конце заложен самим Л.Н. Толстым -  это раскаяние героя. Кстати, «Власть тьмы» долгое время запрещена была. И в царской России, и в советское время. Я думаю, причина заключается в некой ее безжалостности. Но ведь мы с вами знаем, что катарсис - это выход из положения…

В советские времена мы вещали и учили. Потом, в горбачевский период, театр был аптекой, которая давала рецепты, как лечиться после тех черных и серых пьес, которые нам разрешили, а мы их кинулись ставить. На мой взгляд, сейчас наступило самое лучшее время. Когда театр, как миссионер, поднимает проблемы, а зрители их по-своему эмоционально воспринимают и делают какие-то выводы.  

- Какую проблему Вы поднимаете в своей постановке?
- Здесь мой дом, и здесь моя душа. Это искренние слова. И меня все время мучает вопрос, почему в моей любимой России до сих пор все не так, как надо? Что нам нужно, чтобы жить лучше? Вот об этом я хочу сделать документальный спектакль. Никаких новых жанров – у Толстого драма. Я имею в виду документальную точность. На сцене должна быть абсолютная правда. Вообще она всегда должна быть - ноль фальши, иначе халтура выйдет. Это непросто.

- Неужели криминальная история, рассказанная Львом Толстым в 19 веке, так актуальна?
- На мой взгляд, все происходящее с душой главного героя пьесы Никиты, сегодня чрезвычайно актуально! Его развратили деньги. Единожды солгав, он не боится Бога и совершает преступления, одно страшнее другого. Сегодня на Земле -  война, творится такое, что в самом черном сне представить невозможно. Но ведь если бы все жили по Божьим заповедям, то на Земле был бы рай! Людям нужна вера.

- Вслед за Толстым Вы пришли к Богу?
- Я не однажды бывал в Ясной Поляне. Бродя по аллеям, испытывал что-то невероятное и задавался вопросом: как можно уйти от этой атмосферы, этой красоты? А он стариком ушел. Факт свершился - значит, что-то происходило с человеком. Я думаю, он ушел к Богу. Мы живем в плохой сказке. У нас с 90-х годов у людей в глазах доллары. Даже шутка такая есть: «Не в деньгах счастье, а в их количестве». В свои 70 лет, я верю, что моя душа предстанет перед всевышним, потому что я, как мне кажется, живу иначе. Вот этой веры людям не хватает, не церквей, а веры!

- В пьесе пять актов, а у вас два, пришлось сокращать? В чем еще сложность работы над спектаклем?
- Конечно, пришлось. И не только в этом, есть постановочные трудности. Например, как избежать двойного действия, потому как помолвку, которая в пьесе происходит за сценой, перенес на сцену. Или как ищут и находят деньги у отравленного Петра. Перед Дианой Горбуновой в роли Акулины поставлена непростая задача - прожить сцену на глазах у зрителей после того, как убили ее ребеночка…Открою вам секрет, что ввел образ молящегося монаха, которого нет у Толстого.

- Кто еще из актеров театра занят в постановке?
- На сцене будет полтруппы театра. В ролях любимые зрителями Олег Яковенко, Наталья Салес, заслуженная артистка Грузии Тамара Соловьева, заслуженный артист Марий-Эл Александр Егоров, заслуженный артист России Альберт Арнгольц и многие другие. А роль раскаявшегося грешника Никиты я поручил Василию Швечкову-младшему. 

- А как рождалась сценография?
- Это еще одна сложность. Сменился художник-постановщик. И я безумно рад, что за дело очень активно взялся архитектор по профессии и очень толковый художник Алексей Чебыкин. Он разработал эскиз и технологию подготовки декорации. Объем работы большой, и она уже идет. Световое оформление делает Семен Машаров. Художник по костюмам – Татьяна Старикова, и ей тоже  непросто. Это должны быть настоящие русские костюмы того времени, а таких натуральных тканей уже нет. И нужны лапти, пар 5-7. Тоже проблема. А как? Мы же говорим: «лапотная Россия»!

- И Вы убеждены, что «лапотная Россия» интересна современным зрителям?
- Когда я еще работал в Кирове, мне говорили: «Не надо классики - никто не будет ходить!» Поставил там «Ревизора» - и семь лет на аншлагах. Конечно, не надо  рассчитывать, что это будет шлягер, как «Пижама на шестерых». Но как у нас встречают, например, «Вишневый сад» или «Поминальную молитву», меня очень радует. И потому выражаю надежду, что зрители не останутся равнодушными.

  

Беседовала Лидия Пименова.
Фото с репетиции спектакля.