«Тьма внутри каждого, или что такое деньги?»: в Драмтеатре готовятся к премьере «Мастера и Маргариты»

Три минуты до начала репетиции. Вдруг тишину пустого зала нарушает голос Земфиры, громко вопрошающий: «Кому нужны деньги? А что такое деньги?»

На сцене молодой московский режиссёр Вячеслав Виттих показывает одному из актёров, как правильно надо двигаться под эту песню. Потом успокаивается, садится на стул и говорит в микрофон: «Принесите мне, пожалуйста, несколько гвоздиков, молоток и гвоздодёр». И на сцену со всех сторон начинают сыпаться монеты, а булгаковские персонажи старательно приколачивают их к полу. Видимо, пытаются наглядно материализовать метафору «заколачивать бабки».

Так актёры областного драматического театра готовятся к сдаче спектакля по роману Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита». Премьера состоится 6 и 7 апреля.

Первыми на сцену тяжёлой поступью выходит свита Воланда. У каждого персонажа к ноге прилеплено по кастрюле. И что бы это значило, режиссёр ни за что не признаётся — прообраз копыта Сатаны или что пострашнее… Пусть, мол, зритель сам подумает.. Как говорит Вячеслав, в его постановке нет определённого посыла, но есть много символов, которые должны повлиять на сознание зрителя, как-то зацепить.

Вячеслав Виттих словно вменил себе в обязанность ломать существующие стереотипы. Это его фирменный знак. И по этой причине беседовать с ним очень увлекательно, но небезопасно: время от времени начинаешь заикаться от удивления.

Возможно, круша устоявшиеся образы, Виттих борется с сопротивлением материала. И со своим страхом. Всё-таки «Мастер и Маргарита» — вещь непростая, многоплановая, подчинить её своей режиссёрской воле очень трудно. Да и на то, чтобы взяться за его постановку, нужна смелость: обязательно будут критиковать и сравнивать. Но Виттих не боится, он уже всё переломал так, как ему надо.

Гонорар — в зрительный зал

Наш разговор режиссёр начал с того, что сел не на стул, а на стол. Затем, наверное, чтобы придать особую живость интервью. Вот сидим, значит, с режиссёром на столе, а в голове всё звенят эти деньги…

— Вячеслав, так что такое деньги? Деньги, деньги, деньги…

— Это образ всего человечества. Они как воздух в нашем современном мире. И вот он такой банальный воздух и без него нельзя прожить. Я не прав?

— Не знаю.

— Но это грязный воздух. Как выхлопные пары машин. Как тридцать тетрадрахм, которые дают Иуде. Кстати, это очень незначительная сумма, на эти деньги всего-то 10 буханок хлеба можно купить, но Иуда идёт на это.

Мы зависим от этих разменных монет. Но деньги, в отличие от воды, земли, придуманы человечеством. И вот люди прибили монетки и считают их своей собственностью. А на деньгах даже написано, что все они принадлежат банку России. Мы просто берём их в аренду, чтобы несколько потешить свое самолюбие.

Не хочется громко об этом говорить, но в моих планах было на первой и второй премьере спектакля половину своего гонорара выкинуть в зал.

— И зачем?

— А посмотреть, что будет. Ведь зрители эти денежки поймают и возьмут себе! Сверхзадача идеи в том, чтобы посмотреть, несёт ли театральное искусство очищение или нет, вернут люди к концу спектакля даром доставшиеся бумажки или нет. Но меня отговорили от акции, назвав ее слишком жёстким пиаром. Так что не буду этого делать.

Не надо платить за Бога

— Иешуа противостоит миру денег?

— Он… Вот сейчас я неправильно скажу — он олицетворяет всё правильное, что есть в человеке. Не будем сейчас говорить про идеалы, но для него действительно не важны деньги. Для него правда важнее, чем его жизнь. Он по сути своей не может соврать, даже если ему угрожают пытками и казнью.

— Вы таких людей в современном мире знаете?

— Я — нет, но если зрители вдруг знают, я буду очень удивлён.

— В спектакле присутствует религиозный подтекст?

— Нет. Религия — это профанация. Слово «Бог» связано с религией, что не есть правильно. Это все наши социумные стереотипы — если я верю в Бога, значит, я православный, мусульманин и так далее. А можно верить в Бога и не принадлежать ни к одной религии. Бог есть, и он один.

Перед началом репетиций я созвал всех актёров и показал им фильм «Дух времени». В первой его части говорится, что религия придумана политиками для того, чтобы манипулировать общей массой людей, чтобы человек чувствовал свои рамки. Приводится много доказательств того, что Иисуса не существовало, но который должен присутствовать в сознании людей.

Не надо платить деньги за Бога, ему это не надо.

— А что Ему надо?

— Чтобы люди были открытыми, верили в себя. Если бы Бог вдруг появился на Земле, он бы сказал: «Не унывайте!» Уныние — самый страшный грех. Мы должны радоваться тому, что живём.

Я сам долгое время был православным и перед тем как ехать в Калининград срезал крестик, который носил с трёх лет. Я долго не осмеливался это сделать. С детства каждое воскресенье молился, ставил свечечки, но последние события, связанные с нашей православной церковью, сильно повлияли. Я понял, что хватит уже заниматься безобразием, Бог не в церкви. И деньги ему не надо нести. Лучше купить пирожок.

Нас трое

— В спектакле все персонажи появляются из тьмы. В данном случае тьма олицетворяет нашу реальность?

— Тьма внутри каждого, и она либо поглощает человека, либо он вырывается на свет. В человеке есть и Дьявол, и Бог. И в этом копаться очень интересно.

Свита Воланда выходит на сцену под песню одной из моих любимых групп Current 93. Её лидер Дэвид Тибет был приверженцем кроулианства, которое относят к одним из видов сатанизма, а однажды в Москве он вдруг принял православие. И вот перед очередным концертом Current 93 в Москве священник вышел на сцену и на русском языке пожелал Дэвиду выступить с Богом. Тот кивнул, но во время четвёртой песни начал жечь кресты. Это было круто! Неожиданно и круто! Причём поп ведь по сцене с кадилом ходил, всё как положено. И апофеозом всего этого бреда стали горящие кресты. Это не было насмешкой, об этом Булгаков как раз и говорит: «Что бы делало твое добро, если бы не существовало зла, и как выглядела бы земля, если бы с неё исчезли тени?».

Возвращаемся к вопросу, откуда появился Бог? Откуда появился Дьявол? Знак бесконечность. Если бы не было Бога, не было бы Дьявола, не было бы человека. И кто кого первый придумал — Бог, Дьявол или человек? Это загадка. Святая троица. Нас — трое… И то и другое имеет право на существование.

Приближённые Воланда борются за то, чтобы уйти из мрака и обрести покой. Они хотят уйти в покой, потому что во мраке им тяжело. Чем нас мрак поглощает? Завистью, злобой, агрессией к миру, нелюбовью к человеку.

Мрак делает нас чёрствыми, не обращающими внимание на песок, который сыпется в глаза. Мы уже не стараемся его вытащить, мы привыкаем к нему. Нам хочется закрыть глаза на окружающий мир и сказать: лично меня всё устраивает, я нахожусь на своём месте и ничего не хочу знать. Это трусость.

В спектакле нет отрицательных персонажей. Они все положительные, просто их испортила трусость.

— Чего они боятся?

— А кто чего. Ведь и в жизни мало кто может резко бросить всё, уволиться с работы, например, если что-то не устраивает. Я уверен, что люди, которым спектакль не понравится, побоятся посреди действия выйти из зала. Именно из-за трусости. Нет, ну, может, единицы и способны на такое, но 98% останутся сидеть.

Тупиковый роман

— В Вашем спектакле «Панночка» герои активно взаимодействовали с потусторонним миром. До полного сумасшествия. И в этой постановке — тоже… Вам так сильно хочется заглянуть Туда?

— Мне часто говорят, будто я связан с мистикой, дьявольщиной — всё неправда. Мне интересна реакция человека на необычное. Если открывается дверь и входит человек — это одно, а если входит тень — совсем другое. Моё состояние будет другим, я удивлюсь, причём по-особенному, и во мне что-то встрепенётся. Для чего мы родились? Что мы должны понять в этой жизни? Я не знаю, я в этом копаюсь.

Поэта Ивана Бездомного поменяла ситуация — разговор с Воландом. Поэт встретился с тем, что невозможно объяснить, это нечто его и переломало. Окружающие стали считать его сумасшедшим, а он не сумасшедший, просто всё вокруг него изменилось. Он смотрит на мир другими глазами. Для меня Бездомный — это непризнанный гений, это главное действующее лицо. Он так сильно погружается во всё происходящее, что сам для себя перестает быть интересен. Он жертвует собой, пытаясь разобраться в этом, и не может разобраться. Он говорит врачам в психиатрической больнице: слушайте, там что-то происходит, я не понимаю, что. А они ему: ты больной, вот тебе укол, чтобы замолчал. Нам не хочется ничего знать, никуда заглядывать, мы не хотим быть совершеннее, нас все устраивает.

Он-то, Бездомный, и написал «Мастера и Маргариту».

— Бездомный?! Это ваша трактовка или Булгакова?

— Не знаю. Мастер писал о Пилате, а Бездомный написал обо всём. Булгаков ли Бездомный? Нет, но это человек, который написал «Мастера и Маргариту». Для меня. Я для себя эту задачу так решил.

Наверное, не стоит говорить об этом… но я начал ненавидеть Булгакова за то, что он написал этот роман. Но ненавидеть в хорошем смысле. За то, что я не нахожу ответов. На множество вопросов, которые он задает. Это столько нужно работать, чтобы докопаться до всего, что он замыслил! Вот он написал эту сцену, я ее для себя решил, я ее оправдал. Но ведь первая же точка должна быть! Человек был создан — по теории Дарвина, или согласно Библии. Он произошёл от Бога или от инфузории туфельки. Но первая же точка должна быть! Откуда произошёл сам Бог? Так и с романом — я начинаю копаться — а почему, почему, почему?! И залезаю в дебри. Всё, тупик. Он заставляет думать, а ответа не подсказывает.

Оно!

- Почему Воланд в спектакле такой молодой?

— Довольно сложный вопрос… Не то, чтобы я его боюсь, но не хотелось бы мне на него сейчас отвечать… Вообще-то Воланду не меньше двух тысяч лет. Почему я вижу таким Воланда? Стереотип-то у всех срабатывает, благодаря постановкам и экранизациям романа. Многие считают, что идеальный Воланд — это Олег Басилашвили, к которому я, кстати, замечательно отношусь.

Но для меня не важен возраст, а важно то, что это человек, поэтому Воланда играет 35-летний Алексей Переберин. Человек прежде всего, а не возраст! И Маргарита для меня не 30-летняя, как в романе, она постарше должна быть. Гелла в нашем спектакле тоже ломает привычный стандарт секси-образа. Она у нас полненькая. Вообще Гелла должна быть лысая и без бровей!

Потому что она попала в это тело — лысого человека без бровей, вот и все! И она этим умело пользуется. Во всем можно найти свою прелесть. Кто сказал, что секс — это обязательно голая грудь? Может, секс — это лысина? — рассуждает режиссер Вячеслав Виттих.

Во время и эпилога спектакля актеры медленно, будто в трансе, осторожно ходят по сцене, ища свое место. И раскидывают руки, будто они распяты. Очередной символ-загадка. «Господи, Ты лучше всех», — протяжно поёт при этом солист группы «Сплин». Картина жуткая и трогательная одновременно.

— Вы все гениальные, — говорит актёрам режиссёр и заканчивает очередную репетицию.

А во время беседы поясняет, в очередной раз взрывая мозг:

— Это же строчка Дьявола: «Господи, Ты лучше всех».

— Дьявола?!

— Да, здесь есть определенный сарказм. Дьявол (Воланд) оказался в теле человека, у которого болит колено. И он говорит: «Господи, ты лучше всех — у меня колено болит! Да, ты самый замечательный, а от этого отказаться никак нельзя было? Чтобы ничего нигде не болело?» Это не претензии к Богу, а лёгкая ирония. Это поймет 0,1% зрителей, но песня красивая. Я ее случайно нашёл, скачал последний альбом «Сплина», я слежу, знаете ли, за творчеством российских исполнителей. И думаю: а дай-ка вот эту песню! Оно!

Текст: Екатерина Ткачева.